Марио было всего двенадцать, когда родители объявили, что вся семья переезжает. Новый дом стоял на окраине небольшого городка, среди холмов, где по вечерам особенно сильно пахло мокрой землёй и соснами. Мальчику казалось, что это место слишком тихое, почти пустое. Но старший брат Давид, которому уже исполнилось семнадцать, только пожимал плечами и говорил, что здесь хотя бы никто не будет лезть в их жизнь.
Первое время всё шло спокойно. Марио обживал свою комнату на втором этаже, раскладывал книги и старые фигурки по полкам. Давид чаще пропадал где-то снаружи - то на велосипеде уезжал в сторону леса, то просто сидел на крыльце и смотрел в одну точку. Родители радовались тишине и новому началу. Никто не ожидал, что всё изменится за одну-единственную ночь.
Это случилось в середине октября. Дождь лил так, будто кто-то наверху открыл все краны сразу. Марио проснулся от странного звука - будто что-то тяжёлое упало внизу, у входной двери. Он спустился по лестнице, стараясь не скрипеть ступенями. В коридоре было темно, только свет от уличного фонаря пробивался через стекло. И тогда он увидел. Двое мужчин в тёмных куртках держали Давида за руки. Брат не сопротивлялся, только голова его была опущена, будто он спал стоя. Дверь захлопнулась, машина заурчала и уехала. Марио остался стоять босиком на холодном полу, не в силах пошевелиться или закричать.
Девятнадцать дней прошли как в тумане. Полиция приходила и уходила, родители почти не спали, а Марио каждый вечер сидел у окна и смотрел на дорогу. Он не знал, чего ждёт больше - хороших новостей или хотя бы каких-то. На двадцатый день Давид вернулся сам. Просто открыл дверь и вошёл, мокрый до нитки, с пустым взглядом. На вопросы отвечал медленно, будто вспоминал чужую жизнь. Говорил, что ничего не помнит. Ни кто его забрал, ни где держали, ни как отпустил. Но Марио сразу почувствовал - это уже не тот Давид, которого он знал.
Теперь брат целыми днями молчит. Иногда садится напротив Марио и долго смотрит, словно пытается что-то разглядеть в его лице. Улыбается редко, а когда улыбается - улыбка выходит какая-то неправильная, слишком натянутая. Ночью Марио слышит, как Давид ходит по дому. Не спит. Просто ходит из комнаты в комнату, останавливается у окон, прислушивается. Однажды Марио решился спросить прямо: «Ты правда ничего не помнишь?» Давид долго молчал, потом ответил тихо: «Я помню только, что мне нужно было вернуться. Вот и всё».
Родители стараются делать вид, что всё налаживается. Говорят, что со временем память вернётся, что Давид просто пережил сильный стресс. Но Марио знает - что-то сломалось навсегда. Он замечает мелочи, которые взрослые пропускают. Как брат вздрагивает от определённых звуков. Как избегает зеркал. Как иногда шепчет что-то на незнакомом языке, думая, что никто не слышит.
Марио больше не спит спокойно. Он ложится лицом к двери и оставляет свет в коридоре. Потому что теперь он не уверен - тот, кто вернулся в их дом под именем Давида, действительно его брат или только выглядит как он. И эта мысль, холодная и тяжёлая, живёт с ним каждую минуту.
Читать далее...
Всего отзывов
9